Kosht Urada Price of the state. Simply about our budget.

Белорусы платят налогов больше, чем американцы

17.06.2015

Сколько белорусы недоплачивают государству за коммуналку? Как заставить власть отчитываться за казенные деньги? Почему не надо сокращать аппарат чиновников? Гость “Народной Воли” – руководитель проекта  «Кошт урада» экономист Владимир Ковалкин – знает  ответы на эти и другие вопросы.

«Если это не ложь властей, то это манипуляция»

– Владимир, результаты исследований «Кошту ўрада» почти сенсационные. Вы доказали, что, по сути, «жировки» белорусы оплачивают полностью…

– Что касается оплаты услуг ЖКХ, нам ведь как говорят: незначительную часть коммуналки оплачивает население, все остальное – государство. Но населению недоговаривают, что государственный бюджет формируется за счет налогов, пошлин и прочих сборов, которые исправно платят все. То есть  мы из своего кармана кладем деньги в бюджет, а бюджет нашими же деньгами оплачивает наши ЖКУ. Бюджет как посредник. Например, в среднем в 2014 году белорусы платили 300 тысяч по жировке, а еще 300 тысяч через налоги в бюджет и по цепочке – ЖКХ. Такие схемы для руководства страны – возможность манипулировать информацией для того, чтобы объяснять населению, что оно все время государству должно.

Такая же ситуация наблюдается и с транспортным налогом.

В конце 2000-х годов государство упразднило Дорожный фонд и отменило сборы с предприятий, заменив акцизом на бензин. То есть было решено на ремонт дорог собирать средства с владельцев авто через акциз на топливо. Бензин подорожал, но казалось, что механизм выбран справедливый: кто больше проехал, тот больше заплатил. Потом случилась девальвация, бензин даже подешевел, и, скорее всего, в какой-то год решили, что деньги, полученные через акциз, надо отправить на иные, более нужные  цели. А для населения ввели транспортный налог.

Или прошлогодняя инициатива властей увеличить подоходный налог на 1%. Президент обещал, что все эти деньги отдадут многодетным детям. Но уже сегодня можно абсолютно точно сказать: деньги в полном объеме до многодетных семей не дойдут. Смотрите: бюджет 2015 года содержит строку «Помощь семьям, воспитывающим детей», и если подсчитать, сколько люди заплатили подоходного налога в 2014 году и какую сумму составил 1%, и сравнить с планами 2015 года, то получится, что многодетным семьям уйдет только 2/3 от положенной суммы: 60–65 процентов. Одна треть просто растворилась в бюджете. Президент не сдержал слово и обманул народ? Или чиновники не выполнили соответствующее  поручение?

Нам интересно следить за высказываниями президента, правительства и проверять, как они выполняются. Так вот по ЖКХ, транспортному налогу и увеличению на 1% подоходного налога – если это не ложь властей, то это манипуляция информацией и недоговаривание.

– То есть ваш проект создавался в том числе и для того, чтобы контролировать власть?

– Это скорее мониторинг и попытка объяснять людям, как выполняются обещания.

Нам кажется, что налоги должны платить сами граждане, а не предприятия. Это гораздо сильнее дисциплинирует людей. Если человек знает, сколько он платит налогов и куда конкретно они идут, а не растворяются в бюджете, он охотнее их платит и  может требовать более высокого качества услуг от государства. У него появится понимание, что государственный бюджет – это большая касса взаимопомощи, и, если, мы туда больше заплатим, мы оттуда и больше сможем взять.

– Ваша команда – это кто?

– Несколько экономистов. Но то, что в госструктурах называют очень сложной и объемной работой, на которую требуется большой человеческий ресурс и масса времени, мы выполняем достаточно быстро. И затраты на это идут копеечные. А на старте нам помогли коллеги из Словакии: они подарили нам сайт, мы перенастроили его под нашу реальность.

Сегодня любой желающий может зайти на наш сайт и получить информацию о бюджете, может воспользоваться нашим «калькулятором» и высчитать, сколько он лично платит налогов. И, к слову, у большинства белорусов налоговая нагрузка составляет 45–55  процентов от доходов. Если кто-то получает на руки, условно говоря, 500 долларов зарплаты, то реально  после оплаты услуг (ЖКХ, транспорт и т.д.) ему остается где-то долларов 350. А весь фонд оплаты его труда – это 700–750 долларов. Ведь есть та часть налогов, которые человек не видит, которые за него уже оплатил работодатель  – это отчисления в Фонд социальной защиты, подоходный налог и Пенсионный фонд. И есть налоги, которые «спрятаны» в акцизы, НДС.

– Раньше нам все время говорили, что на Западе население платит просто невероятно большие налоги. Выходит, мы им уже не уступаем?

– Если подсчитать в сумме, то мы платим больше, чем американцы, и не уступаем европейским странам, находимся на уровне таких развитых стран, как Франция, Норвегия, Швеция…

Есть хороший показатель под названием «Уровень налоговой нагрузки». Например, в Швеции этот показатель составляет 46,7%, в Италии – 43,4%, в Финляндии – 42,6%, в среднем по Европе – 38%. Если посмотреть на наш консолидированный бюджет, то его соотношение к ВВП будет около 30%, но если прибавить Фонд социальной защиты, куда каждый белорус платит 34% от Фонда заработной платы, то соотношение станет уже 40%, что соответствует среднеевропейскому уровню. Вот такие интересные трюки в государственных финансах.

«В кризисе есть определенный позитив»

– Как экономист, можете сделать прогноз: долго еще белорусы будут жить «так себе»?

– Мне кажется, это зависит от того, как белорусы сами к себе относятся.

Беларусь – государство патерналистское. Государство относится к нам, как к детям, считает, что может нас учить, указывать, что и как нам делать. Мы, как дети, ждем от государства-родителя заботы.

На мой взгляд, эти взаимоотношения в корне неверны. Мы должны исходить из того, что находимся на одном уровне с государством, чиновниками и президентом. Мы должны понимать, что государство – это не трон, скипетр и держава. Государство – это большая корпорация, которая оказывает нам услуги, и мы вправе за свои деньги требовать от него эффективности.

– Можете объяснить, почему в нашей стране все не как у людей? Например, газ стали покупать по цене ниже, чем в прошлом году, а для населения газ подорожал. Доллар упал, а цены на товары как росли, так и растут, импортные лекарства скоро будем покупать, как говорится, только от смерти. Почему мы никогда не чувствуем на себе никаких положительных изменений в экономике?

– Девальвация и инфляция – разные вещи. Инфляция – это рост цен, девальвация – изменение курса доллара. Если девальвация происходит быстро, инфляция за ней не поспевает, растягивается на какой-то период. Инфляция как бы доигрывает девальвацию, и цены все время растут.

На цены также очень сильно влияет государственная монополия. Если есть монополия – нет конкуренции. В Беларуси экономика государственная, 80 процентов предприятий так или иначе принадлежат государству. Им нет смысла бороться за потребителя, снижать цены.

– Слышала мнение, что кризис, который мы сейчас переживаем, – это очень хорошо. Потому что он учит белорусов работать: зарплаты сдуваются до реальных, заработанных, рабочие места сокращаются и скоро за право занимать должность придется бороться. Одним словом, хорошо, что кризис наступил. А вы как считаете?

– Действительно, кто-то говорит, что кризис – это хорошо, потому что происходит обновление. Другие утверждают, что плохо, потому что все беднеют. На мой взгляд, это не плохо и не хорошо, это закономерный этап развития ситуации.

Любая рыночная экономика имеет подъемы и спады. В кризисе важно не то, что падает зарплата, банкротятся неконкурентоспособные предприятия, многие люди беднеют. Кризис – это хороший повод сделать выводы и переоценить то, что ты делал. Можно изменить организацию производства, можно сменить работу, выбрать другое направление деятельности. И в этом есть определенный позитив кризиса.

– Упадет ли в стране уровень жизни после  президентских выборов?

– Ближе к выборам зарплаты несколько поднимутся, у бюджетников процентов на 15. И потом мы вернемся к тому, что недавно было: придется опускать курс белорусского рубля.

Нынешняя ситуация в Беларуси во многом мне напоминает конец 1970-х – начало 1980-х годов. С точки зрения общественного уклада у нас происходит то же самое. Например, тогда тоже шла активная борьба с тунеядством. Но по сути и тогда, и сейчас наше правительство расписывается в собственной беспомощности. Кроме того, Беларусь очень сильно зависит от России, и мы будем чувствовать все, что чувствует Россия. А там что происходит? Крым, восток Украины сегодня для России, как Афганистан для СССР. Через лет пять-семь Россия поймет, что ресурсы, выброшенные на войну в Украине, выброшены на ветер, всем станет жить еще хуже. Резервы будут таять, кризис будет усиливаться.

– Как лично вы справляетесь с кризисом?

– В кризис есть спрос на аналитику. В этом плане мне в кризис работается хорошо.

– То есть без работы еще долго не останетесь?

– Планов много, в ближайшем будущем – мониторинг госзакупок. Мы считаем, что сфера госзакупок – одна из самых коррумпированных в нашей стране. И создание такого сайта, который будет собирать информацию из различных источников, анализировать ее и давать журналистам в более понятной форме, будет способствовать тому, что коррупция на тендерах будет снижаться.

Первый такой опыт уже есть. Мы исследовали информацию, размещенную в открытом доступе, о закупке валидаторов для общественного транспорта Минска и пришли к выводу, что закупка проводилась по невероятно высоким ценам. Только 1730 электронных компостеров обошлись бюджету города почти в 12,5 млрд рублей. За каждый компостер было уплачено 7,2 млн рублей, или порядка 730 долларов. После того как наша информация попала в прессу, меня дважды приглашали в Департамент финансовых расследований. Там начата проверка, расследование продолжается.

Второй недавний случай – мы проанализировали закупку сайта для  Следственного комитета. Сайт стоил порядка 80 тысяч долларов по тогдашнему курсу, а на рынке такой сайт можно было купить в пределах 1–5 тысяч долларов. Цена была неоправданно высокая.

Безусловно, мы не должны подменять собой ДФР, Генпрокуратуру, но мы те самые граждане, общественность, которые должны привлечь внимание контролирующих органов, потому что у них, возможно, недостаточно  времени, чтобы все это изучать. Можно взаимодействовать вместе. И мы этим планируем заняться.

Мария ЭЙСМОНТ

Источник: http://www.nv-online.info/by/590/printed/103539/%D0%92%D0%BB%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D1%80-%D0%9A%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D0%BB%D0%BA%D0%B8%D0%BD-%C2%AB%D0%91%D0%B5%D0%BB%D0%BE%D1%80%D1%83%D1%81%D1%8B-%D0%BF%D0%BB%D0%B0%D1%82%D1%8F%D1%82-%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D0%B2-%D0%B1%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%88%D0%B5-%D1%87%D0%B5%D0%BC-%D0%B0%D0%BC%D0%B5%D1%80%D0%B8%D0%BA%D0%B0%D0%BD%D1%86%D1%8B%C2%BB.htm

17.06.2015

All articles